Каждый из нас хоть раз в жизни заворожено останавливался и наблюдал работу художника. В этом есть нечто интересное, загадочное и необъяснимое, которое притягивает взгляд человека, но согласитесь, довольно важно уметь отличить настоящего мастера, гения живописи от уличного иллюстратора. Л. Волынский в тексте "О художнике и зрителе" поднимает проблему необходимости уметь различать произведения ремесленника от настоящего живописца.
Автор раскрывает проблему на примере из своей школьной жизни: будучи еще ребенком, он уже столкнулся с простой "красивостью", а не настоящими шедеврами: во время приезда "столичного художника-виртуоза" лишь один человек понял, кто выступает перед залом — учитель рисования Александр Григорьевич — он осознавал, что видит не мастера, не выдающегося художника, а просто человека, который сумел научиться рисовать красиво, но его возможности ограничивались несколькими пейзажами и на большее он не был способен.
Л. Волынский убеждён, что то, насколько легко создается картина, не является признаком того, что её написал настоящий художник. Автор считает, что у каждого из нас есть возможность наслаждаться по-настоящему прекрасными произведениями искусства, однако эту способность к восприятию, как и другие, нужно развивать. Писатель ассоциирует понимание живописи без каких-либо усилий, с ребёнком, которые только недавно научился говорить — он умеет складывать слова, но не может оценить поэзию Пушкина или прозу Тургенева.
Я полностью согласен с позицией автора: настоящим ценителям или мастером искусства не рождаются, остановится, и причём этот процесс требует довольно кропотливой работы, умение творчески мыслить и вдумчиво делать каждый мазок, постоянно находиться в напряжении, а не просто монотонно заучивать движения для того, чтобы картины на обладали красивостью. Я уверен, что этот принцип касается не только живописи, а и музыки, поэзии, любого творчества.
Для доказательства своей позиции хочу привести следующие примеры из литературы.
В романе Михаила Афанасьевича Булгакова "Мастер и Маргарита" один из героев — Иван Бездомный — писал стихи достаточно низкого качества, однако им руководил Берлиоз, который наплевательски относился к качеству текста, ведь единственное, что было до него важно, это одобрение редакторской работы чиновниками. Герой осознает свою бездарность лишь после встречи со своей противоположностью —Мастером, который был действительно талантлив. Это событие привело к тому, что Иван Бездомный решил закончить свой творческий путь и перестать "марать бумагу".
В повести Николая Васильевича Гоголя "Портрет" автор показывает художника Черткова, который, находясь в бедности, за последние деньги приобрел картину потому, Что глаза человека, изображённого на полотне, были написаны настоящим мастером . Главный герой, разбогател, начинал творить сам, однако падает до уровня штамповки картин ради заработка. В конце концов Чертков всё-таки осознаёт насколько сильно изменились его идеалы. Николай Васильевич четко показывает нам два творческих человека: один сумел сделать картины источником заработка и даже служить искусству, а другой— умел писать с полной самоотдачей, беспокоится о каждом штрихе своего творения. Если относиться к написанию картин как ремеслу, то это даст лишь материальное благополучие, а если художник является настоящим мастером, то его усердия и старания вознаградятся вечной памятью и славой.
Таким образом, мы видим, что действительно необходимо различать произведения настоящих мастеров своего дела от людей, которые искусством зарабатывают на жизнь, ведь от этого зависит очень много, в том числе и наше отношение к ним, так как смотреть на работы гениев значительно приятнее, чем на «картинки» конъюнктурщиков, даже если они и не плохи.
(4) Как-то в школе нам объявили, что приехал и выступит перед нами столичный художник-виртуоз. (5) Что означало это слово, никто как следует не понимал.
(6) После уроков все собрались в зале. (7) Школьный сторож Кузьма вынес на сцену столик, два мольберта с поставленными на них чертёжными досками, толстую стопку бумаги. (8) Затем появился сам «виртуоз». (9) Это был полный румяный мужчина с кудрями до плеч и выпуклыми глазами. (10) Он вышел, неся в руке лакированный ящик, живо раскланялся, поставил ящик на стол, щёлкнул застёжками и раскрыл его жестом циркового фокусника. (11) В ящике рядами лежали цветные мелки.
(12) «Виртуоз» прикрепил кнопками к доскам два листа бумаги, затем – опять-таки жестом фокусника – набрал полную горсть мелков, и тут начались чудеса. (13) Листы бумаги стали на наших глазах с необыкновенной быстротой превращаться в картины-пейзажи. (14) Готовые пейзажи «виртуоз» сменял чистыми листами, и вновь возникали как будто сами собой малиновые закаты, избушки в снежных шапках, озёра с лебедями. (15) Наконец «виртуоз» приступил к своему коронному номеру. (16) Сдвинув мольберты вплотную, он начал орудовать обеими руками, малюя одновременно два пейзажа – зимний и летний.
(17) И тут из первого ряда поднялся сидевший там наш учитель рисования Александр Григорьевич. (18) Он направился к выходу. (19) Его седоватая бородка вздрагивала, губы кривились. (20) На его худом лице было выражение нестерпимой обиды. (21) Это выражение лица учителя я вспоминал не раз впоследствии.
(22) Вспоминал, когда бился над первыми своими этюдами, над каким-нибудь, казалось бы, простеньким мотивом. (23) Вспоминал, размышляя о непримиримой вражде между ремеслом и искусством. (24) Вспоминал, думая о поверхностной лёгкости, о заученных приёмах, за которыми не кроется ничего действительно важного или хотя бы искреннего и которые, тем не менее, подкупают порой зрителя, как подкупила когда-то нас, несмышлёнышей, ловкость рук заезжего мастака.
(25) Умение отличить в искусстве настоящее от поддельного – непростое дело. (26) Сложно понять разницу между действительной красотой и красивостью. (27) Многие полагают, что понимание живописи даётся само по себе, не требуя никаких усилий. (28) Но это так же неверно, как и то, что ребёнок, едва научившийся складывать слоги в слова, может наслаждаться поэзией Пушкина или прозой Тургенева. (29) Есть дистанция между первой детской песенкой и симфонией Чайковского. (30) И только пройдя эту дистанцию, начинаешь понимать, какие сокровища человеческих чувств кроются в музыке. (31) В каждом из нас природой заложена способность воспринимать прекрасное. (32) Но эта способность, как и все другие природные способности человека, нуждается в развитии.